Палата представителей США утвердила запрет на CBDC до 2030 года в составе жилищного закона

Палата представителей США приняла масштабный пакет мер в сфере жилья — 21st Century ROAD to Housing Act — включив в него запрет на выпуск цифровой валюты центрального банка (CBDC) до конца 2030 года. По итогам голосования (358"32) документ направляется в Белый дом: днем ранее его одобрил Сенат, а президент Дональд Трамп, как ожидается, подпишет закон. Суть нормы — запретить Федеральной резервной системе, прямо или косвенно, "выпускать или создавать" CBDC либо цифровой актив, "в значительной степени аналогичный" CBDC. Ограничение действует до 31 декабря 2030 года. Ключевые моменты • Палата представителей поддержала 21st Century ROAD to Housing Act большинством 358"32 после того, как Сенат принял его накануне (85"5). • Закон блокирует для ФРС выпуск/создание CBDC или "существенно похожего" цифрового актива до 31 декабря 2030 года. • В тексте предусмотрено исключение для отдельных долларовых крипто-стейблкоинов, которые определены как "открытые, не требующие разрешений и приватные". • Республиканцы продвигали ограничения на CBDC на протяжении нескольких лет; формулировки перекликаются с инициативой Anti-CBDC Surveillance State Act конгрессмена Тома Эммера. • После продвижения этой нормы фокус Конгресса может сместиться на другие криптозаконопроекты, включая CLARITY Act. Жилищный пакет стал носителем запрета на CBDC до 2030 года По данным канцелярии клерка Палаты представителей, голосование во вторник отправило законопроект на подпись президенту. Ускоренное прохождение подчеркивает, что положения о CBDC стали одной из ключевых тем переговоров параллельно с вопросами доступности жилья. Председатель банковского комитета Сената Тим Скотт в комментариях, распространенных через сообщения комитета, назвал документ победой для семей и заявил, что ожидает его подписания президентом Трампом. Что может означать формулировка "существенно похожий" Практические последствия во многом будут зависеть от того, как законодатели и регуляторы станут трактовать выражение "substantially similar". Широкая конструкция способна охватить не только прямой запуск CBDC, но и иные цифровые инициативы, обладающие ключевыми признаками CBDC, даже если они будут называться иначе. Для инвесторов и разработчиков это важный источник неопределенности: государственные и квазигосударственные платежные эксперименты влияют на потоки ликвидности, требования комплаенса и темпы институционального внедрения. Пауза до 2030 года снижает вероятность того, что CBDC станет ближайшим приоритетом, но не отменяет интереса к токенизированным расчетам и цифровой платежной инфраструктуре. Рынок будет следить не только за тем, разрешен ли CBDC, но и за появлением функционально сопоставимых проектов в альтернативных форматах. Сторонники криптоиндустрии, в свою очередь, трактуют запрет как барьер против переноса идей децентрализованных реестров на "государственные рельсы" с централизованным контролем. Включение этой нормы в закон о жилье также показывает, что политическое неприятие CBDC стало достаточно устойчивым, чтобы закрепляться в профильных для избирателя темах, не связанных напрямую с крипторегулированием. Исключение для стейблкоинов: важная оговорка Несмотря на ограничения для CBDC, закон содержит заметное исключение. Он допускает "валюту, номинированную в долларах", которая описывается как открытая, не требующая разрешений и приватная. Такая оговорка может повлиять на подходы комплаенс-команд и продуктовых разработчиков к оценке того, какие модели стейблкоинов подпадают под разрешенный контур. Вместо общего запрета на цифровые активы, привязанные к доллару, акцент сделан на доступности и характеристиках приватности — критериях, которые могут стать определяющими при последующих интерпретациях. Для участников рынка это разделение (CBDC ограничиваются, а отдельные стейблкоины прямо допускаются) сохраняет пространство для роста частных долларовых цифровых активов и сигнализирует о стремлении законодателей ограничить розничные цифровые деньги под контролем центрального банка, не вступая в прямой конфликт с существующей экосистемой стейблкоинов. Возврат к прежним попыткам запрета и смещение внимания к CLARITY Act Запрет на CBDC не является полностью новым. Формулировки перекликаются с инициативой республиканца Тома Эммера Anti-CBDC Surveillance State Act, внесенной в июне 2025 года. Сообщалось, что в июле того же года документ прошел Палату представителей, но не продвинулся в Сенате. По данным предыдущих публикаций Cointelegraph, компромисс по жилищному пакету был достигнут после разногласий между руководством Палаты и Сената по ряду положений. Запрет на CBDC сохранялся в меняющемся тексте и вошел в версию, принятую Сенатом в марте, а затем был перенесен в финальный компромисс. По мере того как жилищный закон направляется президенту, внимание законодателей может переключиться на структурный законопроект о крипторынке в Сенате — CLARITY Act. В этом году обсуждения с участием крипто- и банковских лоббистов длились месяцами, но, как сообщалось, процесс сталкивался с сопротивлением. В отдельном материале Cointelegraph отмечал, что Galaxy Digital ранее в этом месяце снизила оценку вероятности принятия CLARITY Act до 60% на фоне сжатия календаря Конгресса. Снижение оценки отражает реалии политического процесса: по мере приближения августовского перерыва и ноябрьских промежуточных выборов фактор времени и переговорные возможности становятся ограничивающими. После продвижения масштабного ограничения по CBDC вопросом для рынка становится, успеет ли CLARITY продвинуться до того, как приоритеты сместятся, и какие компромиссы потребуются для снятия оставшихся разногласий. Для тех, кто отслеживает криптополитику США, ключевыми остаются два узла неопределенности: как будут трактоваться исключение для стейблкоинов и насколько широко будет применяться понятие "существенно похожий" в отношении инициатив, близких к CBDC — особенно с учетом того, что горизонт действия запрета связан с рамкой 2030 года.